20 лет спустя: как сложились судьбы нашего класса

Двадцать лет. Целая жизнь, отделяющая нас от того июньского дня, когда мы, такие легкие и бесстрашные, выпустили в небо воздушные шары. Сегодня мы снова здесь, в нашем старом кафе «У фонтана», которое чудом уцелело. Только фонтан уже не работает, и от былого уюта осталась лишь потрепанная бархатная обивка диванов. Я пришла одна, оставив дома мужа с двумя детьми и котом, который вечно норовит заснуть на моей клавиатуре. И вот сижу в углу, пью остывающий латте и наблюдаю. Мы все собрались, но чувствую я себя немного посторонней — будто смотрю старый, но переозвученный фильм.

Первым бросается в глаза Сергей. Наш бывший классный бунтарь, гроза учителей, который вечно срывал уроки. Теперь он — Сергей Петрович, солидный мужчина в идеально сидящем костюме, владелец какой-то IT-компании. Говорит размеренно, с легкой, но уверенной улыбкой. Его телефон не умолкает, но он с рыцарской вежливостью извиняется и отключает звук. Смотрит на нас, на это кафе, чуть свысока, но без надменности. Скорее, с легкой грустью.

Перейти в каталог

Я ловлю себя на мысли, что его нынешняя безупречность — это та же самая бравада, только в дорогой упаковке. Добился многого? Безусловно. Но когда он невзначай сказал, что разведен и дети живут с бывшей женой в другой стране, в его глазах мелькнула та самая старая, знакомая неуверенность.

Рядом с ним — Лена. Наша первая красавица, прима школьной самодеятельности. Она и сейчас красива, но какая-то… потухшая. Сидит тихо, почти не говорит, только смотрит на свои руки. От былого блеска не осталось и следа. Позже, в разговоре тет-а-тет, она призналась, что жизнь «не задалась»: неудачный брак, работа бухгалтером, о которой она говорит «ну, знаешь, как у всех». Она не постарела, она просто погасла, будто кто-то выключил внутри свет. И это больнее всего видеть. А вот и Максим. Вечный ребенок, душrfи выдумщик. Ему сейчас за сорок, а он все такой же — смешит всех анекдотами, хохочет громче всех и с упоением рассказывает о своей коллекции комиксов. Он не женат, живет в съемной однушке, работает дизайнером на фрилансе. «Жена — моя свобода, дети — мои проекты!» — провозглашает он. И в его глазах нет ни капли сожаления. Он не застыл в развитии, нет. Он просто отказался играть по общим правилам и, кажется, искренне счастлив в своем выбранном мире. Смотрю на него и завидую белой завистью этой легкости.

Потом я вижу Катю. Она примчалась позже всех, с сияющими глазами и с телефоном, полным фотографий трех усыновленных детишек из детдома. У нее нет «своих» детей, но есть целый мир, который она спасает. Она не сделала карьеры, не стала богатой. Но в ее энергии, в ее рассказах о каждом малыше столько жизни, что Лена рядом с ней кажется тенью. «Ни кошки, ни малышки»? Да у нее целая вселенная любви. И вот я сижу, смотрю на эти лица, на эти судьбы. Мы все вышли из одной двери, но разошлись по таким разным коридорам. Кто-то несет свой успех как тяжелый, но красивый щит. Кто-то уронил по дороге свои мечты и не нашел сил их поднять. Кто-то нашел другие, неожиданные сокровища — в помощи другим или в сохранении своего внутреннего ребенка.

Выводы? Их нет. Есть лишь тихое, щемящее понимание. Понимание того, что не бывает «правильных» и «неправильных» жизней. Есть просто жизнь. Со своим выбором, потерями, неожиданными поворотами и маленькими победами, которые видны только изнутри.

Школа дала нам одинаковый старт, но не дала карты. Мы рисовали ее сами, иногда ошибаясь, иногда сворачивая не туда, а иногда находя такие пейзажи, о которых и мечтать не смели. Я встаю, прощаюсь. Мне нужно домой, к моим «малышкам» (одной из которых уже шестнадцать, и она терпеть не может, когда я ее так называю), к коту на клавиатуре, к мужу, который, наверное, уже уснул перед телевизором. У меня нет солидной компании и я не спасаю мир. Но у меня есть мой уголок вселенной, который греет меня по вечерам. И глядя на сегодняшних одноклассников, я понимаю — это не мало. Это просто мой путь. И у каждого за этим столиком сегодня был свой.

Мы выходим в ночь уже не одноклассниками, а просто людьми. Разными. Прошедшими двадцать лет. И в этом нет ни победы, ни поражения. Есть только жизнь, которая продолжается. И это, пожалуй, главное. Эта встреча стала для меня зеркалом. Я ушла не с завистью или жалостью, а с легким сердцем и мыслями о своем выборе.

А вам доводилось переживать подобное откровение? Когда встреча с прошлым вдруг ярко осветила ваше настоящее?