Нередко на детской площадке, где мамы гуляют со своими малышами, приходится слышать такие разговоры:

- МЫ уже, наконец, научились есть ложкой! Победа!

Собеседница (улыбаясь):

- А аппетит У ВАС хороший?

- Да! (гордо так)

- А У НАС был плохой, даже к педиатру обращались. Сейчас только МЫ стали кушать нормально.

Согласитесь, достаточно обычный диалог. Слышать подобное приходится очень часто, а так как привычка убивает восприятие, мы и не обращаем на это внимания. Хотя ведь странно: почему «МЫ»? Речь-то идёт только о ребёнке. Пусть и совсем крошечном.

Впрочем, если кто-то думает, что это только мамам маленьких деток свойственно, то он очень ошибается. Недавно одна очень солидная дама опубликовала в Интернете пост, в котором рассказывает о том, как её сына устраивали в знаменитую лондонскую Хайгейтскую школу. Большая часть текста посвящена трудностям британской жизни. Оказывается, в эти их элитные школы берут с шестнадцати лет. «А НАМ было пятнадцать,» - пишет мама. Её сыну почти шестнадцать лет, без двух-трёх месяцев. Но всё равно она говорит о нём – «НАМ».

Вообще этот её текст очень интересен. Из него понятно, например, что о собственном сыне эта, по-видимому, интеллигентная дама ровно ничего не знает. То есть ничего не знает о нём как о человеке. И он её как отдельный от неё человек не интересует. Что неудивительно.

Дело в том, что мать, называющая своё чадо не «ОН» или «ОНА», а «МЫ» – на самом деле подсознательно не воспринимает его как отдельное от себя существо, как личность и индивидуальность. Подобная оговорка (оговорка по Фрейду, конечно же) – симптом серьёзной психологической проблемы. Что же это за проблема? Каковы её корни? И как её преодолеть?

*   *   *

Наверное, многие слышали, что в Японии новорождённый ребёнок считается однолетним: срок жизни внутри мамы тоже засчитывается. Думаю, японцы не так уж и не правы.

Так вот, если встать на японскую точку зрения, то надо сказать, что сначала мать и дитя – это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЕДИНОЕ ЦЕЛОЕ. Их невозможно отделить друг от друга: ни физически, ни психологически. Ведь мать даже дышит за ребёнка, ест за него. Её тело и его тело имеют единую кровеносную систему. Мать для ещё не родившегося ребёнка – это ВЕСЬ МИР. Его мир, где он живёт. Так же как для нас, земных людей, весь наш мир – это Земля («материнская утроба», как часто называют нашу планету).

Правда, мы знаем о существовании и других миров. Ребёнок – нет. Он «считает» (насколько возможно употреблять это слово в отношении ещё не родившегося человека), что материнская утроба – это и есть весь мир, вся вселенная.

И он ничего не знает о своей матери. Он не знает, что есть такое ОТДЕЛЬНОЕ ОТ НЕГО существо, не специально для него предназначенное, а особое, существовавшее ещё до его возникновения.

Мать также ощущает своё дитя – как часть себя.

Вот почему рождение ребёнка – не только физиологический акт, а совершенно особенное экзистенциальное переживание, подобное озарению учёного или поэта.

Оказывается, он есть, он родился – и он ДРУГОЙ! Вот, что переживает женщина, когда она впервые видит своего только что родившегося ребёнка.

Разумеется, я не говорю об осознанных, а о подсознательных переживаниях.

Однако все мы – разные люди. И мужчины, и женщины.

И далеко не всякой женщине нравится ОТДЕЛЕНИЕ РЕБЁНКА ОТ НЕЁ, которое и составляет сущность взросления, человеческого развития. Почему же это может не нравиться?

*   *   *

Позволю себе немного отвлечься.

Однажды мы с Гошей (моим псом) сидели в предбаннике ветеринарной клиники. Открылась дверь, вошла пожилая дама весьма оригинального вида. Несмотря на морщины, пятна на коже, золотые зубы, сутулость и прочие признаки почтенных лет, она была одета в молодёжную, весёленькой расцветки футболочку и в шорты. Накрашена. Волосы у неё были какого-то необыкновенного цвета: кажется, такой цвет называется «электрик». На сморщенной шее престарелой модницы красовались сразу два колье.

Все слегка опешили. Кто-то из молодых мужчин уступил даме место. Она села, открыла пластмассовую переноску и извлекла оттуда собачку – тоже чрезвычайно оригинального вида. Это был ши-тцу, тщательно расчёсанный. На лапках у него были надеты кокетливые башмачки, он был в костюмчике (это в июле, стояла жара), шерсть за ушами – собрана пучками, и на них – большие розовые банты. При этом вид у пёсика был забитый и несчастный.

Усевшись, дама задвинула переноску в угол, а собачку зачем-то поставила себе на колени НА ЗАДНИЕ ЛАПКИ. Пёсик сначала покорно терпел эту пытку, потом выпучил глаза, стал тихо повизгивать и пофыркивать – он явно не мог выдержать такую противоестественную позу. Однако хозяйка на него строго покрикивала и била снизу рукой по лапкам, когда он пытался встать на все четыре ноги.

Кто-то спросил:

- Это у вас ши-тцу?

- Да!

Завязался разговор. Дама гордо рассказывала, чем она кормит собачку, как трудно доставать «настоящие» (так она выразилась) элитные корма, как нужно ухаживать за шерстью и т.п. Хозяева собак внимали ей, открыв рты.

Всё это время несчастная жертва СТОЯЛА НА ЗАДНИХ ЛАПКАХ.

Я, наконец, не выдержал. Но так как я психолог, то не стал прямо спрашивать, зачем она мучает пёсика, а попросил разрешения взять его на руки. Она, с некоторым удивлением, разрешила. Я тут же опустил псинку на пол и дал ей возможность постоять в нормальном положении. Но хозяйка, заметив это, прикрикнула на собачку, схватила её и опять установила в позе памятника у себя на коленях.

*   *   *

Думаете, эта дама такая бездушная? Нет. Есть очень много людей, которым страшно нравятся ВЛАСТЬ и ЗАБОТА. Да, именно в таком сочетании. Иметь кого-то в своём полном распоряжении, на сто процентов его контролируя и обеспечивая, так, чтобы он полностью зависел от хозяйки – для таких людей это огромный соблазн, страшная сладость. Они готовы идти на громадные жертвы, терпеть тысячи неудобств – ради вот такой власти над другим живым существом. Причём, власть эта в глазах самого властвующего МАСКИРУЕТСЯ под самую самоотверженную – даже жертвенную – заботу.

Почему же эти люди такие? И почему не все мы таковы? Ответ прост: есть люди полноценные и неполноценные. Полноценный человек состоялся как человек, как личность. В чём, собственно, и состоят цель и смысл нашего земного существования. У такого человека есть Дело (именно так – с большой буквы), которому он служит, которому отдаёт себя. У него есть близкие люди, или хотя бы один близкий человек – не физически, а духовно близкий. Этот человек стоит на своих ногах, он самостоятельный и взрослый.

Неполноценный человек в чём-то не состоялся. Или остался совершенно одиноким, не сумел соединиться душой ни с одним другим человеком. Либо не нашёл себя, своего дела, своего места на Земле: прозябает, занимаясь мышиной вознёй только ради денег. Либо остался инфантильным, не сумел стать взрослым психологически. Либо, наконец, всё это вместе. Увы, чаще всего встречается последний вариант.

Вот именно для такого человека абсолютная власть над кем-то – огромный соблазн. Почему? Потому что иметь кого-то в своём полном распоряжении – значит ощущать себя максимально важным и значительным, почти Богом. Между тем, такие люди страдают именно от неуверенности в своей полноценности. И вот так компенсируют её. Вот почему они исключительно стремятся к абсолютной власти над кем-то.

А кто имеет такую власть, как мать над своим ребёнком? Никто. Ни один древний тиран, ни один диктатор не имел тысячной доли той власти, какую имеет ЛЮБАЯ МАТЬ над своим, ещё маленьким, ребёнком.

Но – ЕЩЁ МАЛЕНЬКИМ! По мере роста и взросления – ребёнок отделяется от матери. Должен, во всяком случае, отделяться. Он учится обходиться без неё. Вот именно это некоторым мамам неприятно, хотя сами они этого и не осознают. Вот почему они продолжают подсознательно ощущать своё дитя как часть себя – и говорят о нём не «он» или «она», а «МЫ».

*   *   *

Между тем, для женщины, у которой всё в порядке, у которой нет никаких скрытых от неё самой психологических комплексов, взросление ребёнка и рост его независимости – огромная радость. Ребёнок постепенно становится для неё САМЫМ БОЛЬШИМ ДРУГОМ, который во всём поможет, с которым можно всем поделиться.

Но чтобы ребёнок стал другом, нужно суметь ПСИХОЛОГИЧЕСКИ ОТДЕЛИТЬ ЕГО ОТ СЕБЯ. Ощутить его ИНЫМ, отдельным от себя. Интересоваться им как человеком, его качествами, его мнениями. Радоваться тому, что он НЕ ТАКОЙ, как его мама и папа, что он ОСОБЕННЫЙ.

И некоторым женщинам – вот как раз тем, которые говорят про своё дитя «МЫ» – нужно этому специально учиться. Учиться наблюдать за малышом. Учиться останавливать себя, когда хочется что-то сделать за него, хотя он уже способен справиться сам. Этот процесс научения – психологически трудный для такой мамы. Это не её вина, а её беда. Но научиться этому можно и нужно. Иначе ребёнок будет под серьёзной угрозой.

Дети узнают о том, какие они, от нас, взрослых. И, прежде всего, от мамы. Если мама воспринимает своё дитя как часть себя – так же будет ощущать себя и сам ребёнок. А это часто необратимо тормозит процесс его личностного развития. Велик риск, что вырастет инфантильный, вечно зависимый от матери взрослый человек.

Повторяю, очень нелегко – преодолеть это в себе. Бороться такой маме придётся не с ребёнком – с собой. Это самое трудное, что только есть на Земле. Поэтому каждая женщина, достигшая успеха в преодолении себя, достойна всяческого уважения. Но главное – этим она поможет не только себе, но и своему ребёнку